Радуга. Лисенок. Лариса

изображения

Оксана открыла глаза, сегодня было как раз то утро, когда никуда не надо спешить. Вали дома не было. Дочери уже двадцать и она часто практикует «посиделки» у друзей до утра. Комп включать не хотелось. Американец уехал вчера — переводить некому и нечего, сегодня все празднуют — выставкой тоже не займешься, Радуга наверняка еще спит или занят подготовкой арт — проекта. Сейчас он в своем плотном «мега-графике» и их общение последнее время носит информационно – деловой характер, с редкими вспышками нежности и взаимной теплоты. Вчера, общаясь с ним в сети, Оксана попутно увидела: «Безмятежное утро, выходной! Лежу жду ,когда мама позовет кушать. Потом вспоминаю, мама-это я!». «Вот-вот, мама-это же я!» — повторяет Оксана — «Радуга — Радугой, но обещала же детям: Вале и Лисенку открытие сезона на даче «зі смаколиками», надо выполнять!».

Лисенок… Мысли Оксаны потекли совсем в другом направлении, вернув ее в события семилетней давности. Новый год. Последний, который сестры встретили вместе. Болезнь обнаружили совершенно случайно: во время планового медосмотра на работе. И сразу, как гром среди ясного неба, 4-я стадия, в принципе не операбельная.
— Буду оперироваться, у меня же Лисенок – сестра не сдавалась.

После операции, казалось, Лариса была абсолютно здорова, родные даже поверили в чудо, молились и надеялись. Но где- то через полгода резкое, быстрое ухудшение. Болей не было, она просто ничего не могла есть и таяла… Изменился образ жизни всей семьи. От сестры ушел муж:
— Я больше не могу, я вижу смерть в ее глазах –«Я, Я, Я» — это все, на что он оказался способен. Лисенок жил у Оксаны. Два ребенка были почти сами на хозяйстве и им это нравилось. Отец и Оксана по очереди жили у сестры. Горе сплотило родных и друзей.

31 декабря. Решили ставить елку и у Оксаны — детям, и у сестры.

— Болезнь, болезнью, а праздник еще никто не отменял – улыбался отец, занося в дом пахнущее надеждой дерево.
— Завтрашнего дня начинаю новую жизнь, решено! – заулыбалась и сестра. Она настояла, чтобы Оксана с детьми встречала Новый год с друзьями и обязательно весело, а они с отцом останутся дома.

Старый год провожали у Оксаны с подругами Малиной и «Матрасиком». Малинин сын (тоже Валя, они так и называли их между собой Валя-мальчик и Валя — девочка) и муж всю эту дружную компанию ждали у себя ближе к бою курантов. Женская половина естественно опаздывала, но благо такси уже ждало внизу. Все быстро загружались. Оксана выходила последней. Открыла дверь в парадное, на пороге смущенный Лисенок:
— А трусы, мои чистые трусы? Я что должна встречать Новый год в прошлогодних трусах?
— Лисенок, все в жизни бывает в первый раз, пусть это будет твоя сама большая неприятность! — хватая ее под мышку и спускаясь по ступенькам, сказала Оксана.

Они успели! Были фейерверки, сюрпризы, подарки, счастье в глазах детей и взрослых!
— Малина — ты мой ангел, спасибо, что ты у меня есть – подруги обнялись.
— Как Новый год встретишь… Теперь все будет хорошо – искренне веря в свои слова, сказала Малина. Уснули только под утро, покатом. У Вали-мальчика ноги в аккурат упирались в ствол елки, да и сам он на половину был под ней.

Лариса сдержала слово и начала новую жизнь… Она умерла 1 января, где-то в восьмом часу вечера, на руках у Оксаны и отца. Дети к тому времени были уже дома…

Оксана вздохнула, она возвращалась в сегодня. Надо было собираться на дачу. Впереди было еще три праздничных дня.